Пьесы Чехова – это реальные миллионы прочтений и десятки тысяч театральных, теле- и радиопостановок, сотни экранизаций в двадцатом веке и первой четверти двадцать первого. Любой читатель, слушатель, зритель, сочинитель/постановщик собственной версии находит в чеховских героях что-то свое.
Наряду с «Чайкой» пьеса «Три сестры» - одна из самых популярных на российских подмостках, однако, режиссер Екатерина Половцева с драматургом Натальей Мошиной вышли за границы классического текста и пошли своим путем, исследуя судьбы трех эпизодических героинь, одна из которых – Наташа, всеми нелюбимый и презираемый персонаж «Трех сестер», другая – Софочка, дочка Наташи, Чеховым едва упоминается, а третья – Лидия, жена Протопопова, в пьесе лишь подразумевается.
Тем не менее, своему появлению на свет все три героини нового спектакля «Три» обязаны Антону Павловичу, поэтому в самые душещипательные моменты своих монологов обращают к его портрету укоризненные взоры.
Действие происходит в подлинной усадьбе XVIII века семейства Голицыных на Старой Басманной улице – так удачно сложилось сотрудничество авторов спектакля и владельцев антикварной галереи «Другое дело», где проходят разного рода выставки и мероприятия. Именно на этой улице жили чеховские три сестры, так что камерное, уютное пространство, обставленное антикварными предметами, как нельзя лучше соответствует атмосфере.
В маленькой гостиной с высокими потолками, большими усадебными окнами с широкими подоконниками и старинным паркетом главным предметом мебели, организующим пространство является красивый резной стол (ему – полтора века), покрытый кружевной круглой скатертью, есть также старинный комод и несколько канделябров (художник Ирина Уколова), напротив стола расставлено примерно сорок зрительских стульев. На расстоянии вытянутой руки от приглашенных в зал свидетелей происходит бурное выяснение отношений между героинями Чехова, ставшими в этот вечер для нас самыми главными. «Три» - невероятный по силе эмоционального воздействия спектакль! Советую посмотреть его каждому, кто любит и ценит настоящий актерский театр и умелую режиссуру, органично умирающую в талантливых актрисах.
Сначала зрители всей душой переживают трагическую судьбу Лидии Протоповой (Татьяна Волкова), брошенной жены Михаила. Лидия пытается выплеснуть свои эмоции в обвинительном письме разлучнице – Наташе Прозоровой. Наталья Ивановна (Нелли Уварова), жена Андрея Прозорова, брата трех сестер, с затаенной ухмылкой почти не реагирует на истерику незадачливой соперницы. Мы ведь помним, как в доме Прозоровых все старались не замечать, что Наташа, родив «Бобика», бессовестно гуляет с Михаилом Протопоповым. Теперь мы узнаем подробности от Лидии: как именно Наталья Ивановна увела чужого мужа (Миша – банальный предатель и слабак), не пожалев несчастную женщину, у которой в это время умирал сын.
Горькие слезы Лидии Протопоповой наполняют сердца зрителей горячим сочувствием и презрением к разлучнице, тем более, что и у Чехова Наташа – довольно противная особа. Начать письмо Лидии никак не удается: непонятно, как обращаться к сопернице! И тогда она кидает свою обвинительную речь прямо в лицо, словно дуэльную перчатку. Ее речь проходит разные стадии – от откровенной ненависти и презрения к Наталье Ивановне до обиды на мужа и понимания, как трудно любому мужчине пережить вид мертвого сына в гробу и окаменевшее от горя лицо обманутой жены. Татьяна Волкова играет наотмашь, отчаянно, сцена кажется кульминационной, пока Нелли Уварова не начинает ответный монолог Натальи Ивановны, и ее откровения тоже тянут на кульминацию.
Наташа, выросшая в маленьком провинциальном городке, мещанка по сословию, а не в том смысле, который получило это слово после революции, до приезда в город семьи генерала Прозорова, не подозревала, что бывает совсем иная жизнь. Как они красивы и образованы эти три барышни, как интеллигентен их брат Андрей! Наташа до этого уже встречалась с Михаилом Протопоповым, но у влюбленных случилась размолвка: он, также очарованный домом Прозоровых, приударил за Ириной, а Наташа сгоряча согласилась на предложение красиво ухаживавшего за ней Андрея, читавшего ей Бальмонта и называвшего «Принцессой грёз». Наташе на какое-то время открылся портал в иной мир, где – свет, стихи, музыка, высокие отношения. Романтический флер испарился с первым же появлением Наташи в доме с канделябрами и старинной резной мебелью. Она надела свое лучшее платье цвета пыльной розы, а услышала презрительное: «Как можно было к розовому платью надеть зеленый пояс!».
Никчемные интеллигенты Прозоровы жили лишь призрачными иллюзиями, мечтами и воспоминаниями. Им всем грезилось «в Москву, в Москву», а заниматься здешним бытом, кроме Наташи было некому. И да, она вновь сошлась с Михаилом Протопоповым, когда заявилась просить рабочую вакансию для мужа, целыми днями только пиликающего на скрипке и читающего книги на иностранных языках. Ни от Андрея не было никакого толку, ни от «трех родных теток» Бобика помощи было не дождаться, так что выкручиваться приходилось как-то самой. Для мужа из «принцессы грез» Наташа превратилась в «шершавое животное», какая женщина это вынесет?
Невыразимо жаль становится уже не скрывающую свою боль и горькие слезы обиды Наташу. И неважно, что все три героини во время исповеди существуют в разное время и в соответствующем этому времени возрасте: тридцатисемилетняя Лидия – в 1915 году, пятидесятилетняя Наташа в 1930-м, восьмидесятилетняя Софочка – в 1983-м. Они остро реагируют друг на друга, переживая целую гамму чувств – от ненависти и презрения до жалости и понимания.
Как не сопереживать Лидии, после ухода мужа и смерти сына, оставшейся совсем одной? Наташе, покинувшей дом Прозоровых, потерявшей во время Гражданской войны своего дорогого Бобика и тоже оставшейся одной?
А Софья Андреевна Прозорова (Татьяна Шатилова), поворачивающая свое доброе сочувственное лицо, как подсолнух к солнцу, то к одной рассказчице, то к другой – как ее не полюбить, не пожалеть? Вот она со слезами тянет руки к Наташе: «Мама, мамочка…», а вот вскрикивает, как она ненавидит мать, которой всегда было не до дочери.
Актрисе Татьяне Шатиловой веришь с первых минут появления на сцене. Пожилая маленькая женщина с абсолютно детскими наивными глазами – никому ненужный, недолюбленный ребенок, рожденный не то от Прозорова, не то от Протопопова. Софья Андреевна или Софья Михайловна, какая уж теперь разница. Софочка 1903 года рождения пережила всех родных: Бобик погиб где-то в районе Байкала в 1920-м, отец пропал, мать умерла. Прожила Софочка одинокие горькие годы. Была членом КПСС, потом осуждена неизвестно, за что: «Может, когда и пошпионила да не заметила…», – как она, никого не обвиняя, это произносит, сердце сжимается. За что?! Выкладывая чужим людям всю свою подноготную, прося место в доме престарелых как милостыня, Софочка простодушно подытоживает: «Захудалый род, как у Лескова, и фамилии схожи: там – Протозановы, а у нас Прозоровы…».
Несмотря на трагизм узнаваемых судеб, спектакль Екатерины Половцевой - «чистейшей прелести чистейший образец»!
Спасибо всем причастным к этой постановке, явившей образец подлинного театрального Искусства.
режиссер Екатерина Половцева
драматург Наталья Мошина
художник Ирина Уколова
актриса Татьяна Шатилова
актриса Нелли Уварова
актриса Татьяна Волкова