На поса-адку, на посадку-у, на посадку, на посадку становись…

Не перестаешь удивляться актуальности великого драматурга Островского. К одной  из самых знаменитых пьес обратился художественный руководитель Театра Антона Чехова Леонид Трушкин, всегда тщательно отбирающий материал в репертуар, стараясь найти что-либо эксклюзивное. «На всякого мудреца довольно простоты» - чрезвычайно популярная в российских театрах вещь. Зачем же ее взял режиссер Трушкин? А вот, поставил он ее так, как никто до него не делал. Сначала в Театре Антона Чехова была произведена сценическая редакция, после чего комедия девятнадцатого века превратилась в фарс двадцать первого, приобретя чрезвычайно ассоциативное  название «На посадку». Но не следует от Театра Антона Чехова ждать ничего остро-политического, просто у наших классиков всегда можно обнаружить новые созвучия с сегодняшним днем, потому классика в России вечна.

 Действие фарса разворачивается в московском аэропорту (художник-постановщик Гарри Гуммель), где своего вылета на Париж ожидают мать и сын Глумовы. Пока зрители рассаживаются в зале, на сценическом круге неутомимо выжидательно вращается багажная карусель с чемоданами пассажиров. Потом эти чемоданы элегантно превращаются в интерьер, начиная от скромной обстановки в комнатке Егора Глумова до богатых хором Мамаевых.

Мимо Глумовых проходят по очереди герои спектакля – люди сегодняшнего времени, если судить по одежке (художник по костюмам Татьяна Кондрычина). Чета Мамаевых пораженно останавливается подле Егора Глумова (Иван Добронравов),  держащего в руках книгу.  Клеопатра Львовна (Дарья Повереннова): «Удивительно, что некоторые молодые люди до сих пор еще читают книжки»,- взглянув на обложку: «Островский…». Городулин (Борис Хвошнянский) важно, "стараясь свою образованность показать": «А-а, знаю, знаю… «Как закалялась сталь…».

Крутицкий (Семен Фурман) в инвалидном кресле проезжает мимо, вероятно, в ВИП-зал. Софья Игнатьевна Турусина (Галина Данилова), одергивает свою кокетливую племянницу Машеньку (Ольга Балатова), норовящую выпрыгнуть из коротких шортиков при виде молодого человека.

Цыганка-молдаванка Манефа (Екатерина Решнова) в длинной цветастой юбке прямо с ногами залезает на сидение и притаптывает в такт музыке, звучащей у нее в огромных наушниках, пока раздраженная Глафира Глумова (Елена Галибина) не толкает ее в бок: «Начинается посадка: Москва – Кишинев!».

Все улетают, кто – в Караганду, кто – в Турцию, и только рейс Москва – Париж задерживается. «Не отпускает меня Родина», - гордо провозглашает Егор Глумов, пускаясь в рассуждения, что уезжать ему незачем: «Пусть уезжают те, кто пишет недовольные посты в фейсбуке и на митинги ходит…». Режиссер Леонид Трушкин аккуратно упаковал и разложил все действия и явления пьесы Островского  в восемь сновидений. Глумову снится, как он делает блистательную карьеру: «Чтобы бороться со злом, надо сначала стать таким же злом, а потом уж можно будет и честный мир строить…», - для достижения такой цели все средства хороши.

С помощью художника Гарри Гуммеля зрители наблюдают, как «сами собой» заполняются огромные страницы тайного дневника – единственной отдушины циничного молодого человека, изо всех сил угождающего богатым родственникам, их знакомым чиновникам, перспективной невесте... Дневник для Глумова – самая большая ценность и единственная его оплошность, «простота».

Действующие лица режиссером тщательно подобраны:

- В роли любительницы мужчин и  приключений Клеопатры Львовны Мамаевой - страстная и яркая Дарья Повереннова;

- Очаровательный, но дико занудный Нил Федосеич Мамаев оказывается  неожиданно веселым и дико обаятельным в исполнении Бориса  Дьяченко. Поневоле задумаешься, что ж этой ненасытной Клеопатре не хватает – столько эмоций и чувств, сомнений и обещаний  выражает обаятельное лицо Мамаева, похоже, что чувство собственного достоинства знакомо только этому, беспардонно обманываемому мужу;

- Боевую, легкомысленную в недалеком прошлом Турусину, пытающуюся с помощью кальяна (вероятно, на травке?) забыться от воспоминаний, чтобы с чистой совестью покровительствовать юродивым и наставлять племянницу, исполняет не боящаяся экспериментов веселая актриса Галина Данилова;

- Не в меру заботливую, очень недалекую мамашу Егора Мамаева, готовую на все, ради своего сыночка – подлеца, представляет актриса Елена Галибина;

- Амбициозного Егора Глумова играет Иван Добронравов, играет старательно, но, к сожалению, молодому актеру не достает той самой мужской харизмы, неотразимо действующей на женщин, которая любого  смазливого прощелыгу возносит по карьерной лестнице. Бедность, по словам Мамаевой, «не смеет принижать красивого мужчину, который должен иметь победный вид». Вот, победного вида как раз артисту-то  и не достает;

- Развязного либерала Городулина, заштатного любовника, ложащегося на тахту Мамаевой прямо в ботинках, тонко и иронично играет Борис Хвошнянский. Как тщательно и беспомощно его герой пытается заучить приготовленную для него фразу Глумова, что «надо увеличить количество добра». В хоре чиновников, пытающихся прослыть либералами, недостает сообразительного  запевалы.

- Сытого, лоснящегося, как крупный и старый лосось, Крутицкого остроумно  высмеивает колоритный Семен Фурман. Его «превосходительство» презирает все реформы вообще («увеличение оклада не производить учителям и врачам, а только чиновникам»), но должен выступать умно, согласно духу времени…

- Гадалка Манефа (Екатерина Решнова) презрительно и виртуозно (в современной манере) исполняет рэп Кирилла «Батишты» Петрова, воодушевляя молодых зрителей.

Каждый сон Глумова завершается поворотным кругом, увозящим под музыку Владимира Давыденко точно выстроенную режиссером мизансцену. Главного героя ждет разоблачение, но он сдаваться не намерен: представляя себя Наполеоном, собирается мстить.

Чемоданное настроение охватывает настолько, что все герои оказываются, словно багаж, запакованы одной лентой.


фото с официального сайта театра Антона Чехова

спектакль НА ПОСАДКУ - Театр Антона Чехова, режиссер Леонид Трушкин, художник Гарри Гуммель, художник по костюмам Татьяна Кондрычина

Сильнее смерти

Если что-нибудь на свете важнее и нужнее любви? Пока человек маленький и беспомощный – самое главное, чтобы его любили и о нем заботились родители. Взрослея, он познает любовь к окружающему миру, затем ищет собственную любовь, мучается выбором жизненного пути, философствует над смыслом жизни, а родители все это время незаметно стареют. И вот наступает момент, когда старики больше всего на свете нуждаются в сыновней (дочерней) любви и заботе.

В Театре Антона Чехова состоялась премьера спектакля по пьесе Норма Фостера «Спасатель». Леонид Трушкин - художественный руководитель театра и главный режиссер сам выбрал эту пьесу для постановки и перевел ее на русский язык. Постановщик обозначил жанр спектакля как «смертельная комедия». Речь в пьесе действительно идет о жизни и смерти, но, как всегда у канадского драматурга Норма Фостера – все, как у нормальных людей, всего понемногу: находится место и юмору, и задумчивой грусти. Леонид Трушкин всегда готовит свои спектакли, не торопясь, тщательно выверяя каждую сцену, каждую картину. Его профессиональное мастерство сродни искусной стряпне хорошего повара: берутся хорошие качественные продукты (избранные актеры), которые доводятся до нужной кондиции, добавляются приправы по вкусу (музыка – Игорь Крутой, костюмы - Вера Скалдина) - и блюдо подается гурманам-зрителям.

Для успеха выпущенного спектакля вполне достаточно пары блестящих имен, и вот они - Геннадий Хазанов и Федор Добронравов. Эти артисты никогда не подводят, публика их обожает. Молодая актриса Дарья Макарова в составе трио (в пьесе три персонажа) мэтров не подвела, не издала фальшивой ноты, разве что оказалась чересчур серьезной и исполнительной.

У Бари (Геннадий Хазанов) – заботливая дочь Рози (Дарья Макарова). И пусть Рози была когда-то обижена на отца (в детстве он изменил маме, и та его не простила), но дочь не бросает Бари в старости. Она видит в нем только одиночество и немощность и идет работать в дом престарелых, куда устраивает отца, чтобы быть все время рядом. Американскому драматургу Норму Фостеру и не снилась реальность российских заведений подобного рода, Леонид Трушкин не стал вдаваться в подробности, поэтому в спектакле «Спасатель» присутствует некоторая условность. Кстати, кто же тут спасатель? Рози, закутывающая отца в плед, чтобы он не простудился, а в итоге лишающая его возможности полноценного бытия? Бари, пытающийся каждый вечер отправить Рози к мужу, чтобы не навредить их семейной жизни?

Спасатель – Джони (Федор Добронравов). Это он – веселый, счастливый человек, везунчик, который выглядит на редкость мажорно и спортивно, имеет успех у женщин, и жадно стремится наполнить каждый день радостью. Он заставляет своего нового знакомого сбросить плед, преодолеть робость и забыть о болезнях. Надо жить, дышать полной грудью и ценить каждый день, отпущенный тебе судьбой (сколько их?). А еще - делать всех окружающих людей счастливее. И как-то сразу понимаешь, что именно Джони осталось жить немного. потому что он не тратит время на скуку и тоскливые размышления.

В этот вечер Театр Антона Чехова подарил радость всему залу, а он в театре Эстрады - большой, и на спектакле не было ни одного свободного места. Зрители выходили со светлыми лицами, переживая только что увиденное.

"Спасатель" похож на счастливую сказку с грустным концом, и именно грусть придает всему действию правдивость. Смертельная комедия, поставленная Леонидом Трушкиным – новый жанр в российском театре.

материал можно прочесть в мартовском номере журнала "Театральный мир" 2017 год

Работа над ошибками

Театр Антона Чехова, кажется, не затронули традиционные и новейшие театральные битвы за или против употребления ненормативной лексики, политических намеков, провокационной сценографии, переписывание классиков и пр. Художественный руководитель театра Леонид Трушкин вот уже добрую четверть века неторопливо ведет свой театральный корабль между Сциллой и Харибдой враждующих кланов критиков, между многочисленными фестивалями и премиями, новой драмой и вербатимом, умудряясь никого не задеть, ни на что не претендуя, кроме собственноручно отобранных пьес и своей верной публики. И при такой ненавязчивости большой зал театра Эстрады и немалый театра Надежды Бабкиной неизменно заполняются зрителями именно в те вечера, когда на афише - спектакли театра Антона Чехова.